Покойник
через несколько минут...
Танис переглянулся со Стурмом, и рыцарь вопросительно поднял брови.
Оба знали, что кендеры не ведали страха - и в то же время были необычайно
чувствительны к природе других существ. В былые годы Танис немало
путешествовал вместе с Тасом. При этом они попадали в самые разные
переделки, нередко очень опасные. Но чтобы кендер сказал о каком-нибудь
обитателе Кринна: "Жуть, да и только!" - такого еще не бывало.
- А вот и они, - сказал Танис и вместе с Тасом и Стурмом отошел в
тень деревьев по левую руку от дороги, присматриваясь к выходившим из-за
поворота жрецам. Пока они были еще далековато, и полуэльф затруднился бы
сказать о них что-либо определенное. Разве только то, что шли они довольно
медленно, катя по дороге большую ручную тележку.
- Может быть, поговоришь с ними, Стурм? - негромко предложил Танис. -
Надо расспросить, что там дальше на большаке. Только, друг, будь
осторожен...
- Постараюсь, - улыбнулся Стурм. - Я, знаешь, вовсе не настроен
погибать без особой нужды.
И рыцарь стиснул руку Таниса в своей, принося безмолвные извинения.
Потом проверил, хорошо ли ходит в старинных ножнах меч. И, перейдя дорогу,
прислонился к траченному временем забору, склонив голову на грудь, - ни
дать ни взять путник, расположившийся на отдых. Танис постоял немного в
нерешительности, но затем повернулся и углубился в лес. Тассельхоф
последовал за ним.
- Ну и что там? - завидя Таниса и Таса, спросил Карамон.
Проголодавшийся богатырь как раз подтягивал ремень, отчего весь его
арсенал громко лязгал. Остальные жались друг к дружке за густой порослью
кустов, позволявших им, однако, хорошо видеть дорогу.
- Тихо! - Танис опустился на колени между Карамоном и Речным Ветром.
- Жрецы, - сообщил он им шепотом. - Восемь жрецов идут по дороге. Стурм
собирается заговорить с ними...
- Жрецы! - пренебрежительно хмыкнул Карамон и поудобнее уселся на
пятки. Зато Рейстлин беспокойно зашевелился.
- Жрецы, - прошептал он задумчиво. - Не нравится мне это!
- Что ты имеешь в виду? - спросил Танис.
Рейстлин смотрел на него из-под капюшона: Танис видел только его
глаза, золотые глаза со зрачками в виде песочных часов. Они светились
хитростью и умом.
- Странные жрецы. - Рейстлин говорил подчеркнуто терпеливо, словно
объясняя что-то ребенку. - Наш жезл наделен священной целительной силой -
силой, какой не бывало на Кринне со времен Катаклизма! Ну, а мы с
Карамоном уже видели в Утехе эту публику в капюшонах. Так не кажется ли
тебе. Друг мой, несколько странным, что жезл и жрецы одновременно
появились в одном и том же месте, где никогда прежде не видели ни того, ни
другог
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
