Одинокий
ого сразу: доставленная им новость
совершенно выбила меня из колеи...
- Весьма наслышан, - сказал Гунтар, протягивая руку жрецу.
Рыцарь внимательно разглядывал Элистана. Признаться, он воображал его
себе совсем не таким. Почему-то он думал, что увидит близорукого эстета,
худого и бледного от неумеренного сидения над книгами. Вместо этого перед
ним стоял рослый, широкоплечий муж, которого легко было представить себе
мчащимся в битву плечом к плечу с лучшими рыцарями Соламнии. На шее же у
него висел древний символ Паладайна - платиновый медальон с
выгравированным изображением дракона.
Стурм, помимо прочего, рассказывал Гунтару, что жрец положил немало
сил, пытаясь склонить эльфов к союзу с людьми... Элистан устало улыбнулся,
словно прочтя мысли рыцаря. И заговорил, отвечая на невысказанный вопрос:
- У меня, к сожалению, мало что вышло. Я смог лишь убедить их не
отказываться от посещения Совета. Хотя, боюсь, они прибыли сюда только
затем, чтобы предъявить вам ультиматум: либо отдать Око миром, либо
защищать его с оружием в руках...
Гунтар сел, вернее, осел в походное кресло и вялым движением
предложил садиться гостям. Перед ним на столе были разложены карты
различных частей Ансалона. По картам расползались темные пятна,
обозначавшие распространение вражеских армий. Взгляд Гунтара задержался на
них... и внезапным взмахом руки он смел карты со стола, прорычав:
- Может, нам просто взять и сдаться без лишних хлопот? Давайте пошлем
драконьим Повелителям записочку: так, мол, и так: не утруждайте себя
истреблением наших народов, мы и без вас отлично справляемся... - И он в
ярости швырнул на стол только что полученное донесение: - Вот, почитайте!
Это из Палантаса. Тамошние олухи настоятельно предлагают рыцарям покинуть
их город. Они, изволите видеть, ведут с Повелителями переговоры, и
присутствие рыцарей их сильно компрометирует. А собственная тысячная армия
палец о палец не ударит!
- А что предпринимает государь Дерек? - спросил Микаэл.
- Укрепляет Башню Верховного Жреца на южных подступах к городу, -
ответил Гунтар. - При нем рыцари и тысяча пеших, большей частью это
беженцы из захваченного Трогала. Башня охраняет единственный перевал через
Вингаардские горы. Это на время защитит Палантас. Но если дракониды
прорвутся... - Он замолчал. - Проклятие! - прошептал он затем, с тихим
бешенством пристукивая кулаком по столу. - Да две тысячи воинов могли бы
сколько угодно удерживать перевал! Ослы!.. А теперь еще и это!.. - И он
махнул рукой в сторону эльфийских палаток. Голова его поникла на руки. -
Может, посоветуешь что, жрец?
- В Дисках Мишакаль говорится, - после некоторого раздумья проговорил
Элис
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
