Одинокий
ою жизнь. Я в первую очередь
думал бы только о тебе, ведь ты этого заслуживаешь. Так вот. Тика, я не
могу дать подобного обета. Мой первый долг - это долг перед братом...
Тика снова заплакала, жалея на сей раз не себя, а его.
- Я хочу, чтобы ты была свободна, - сказал великан. - Ты еще
встретишь мужчину, который...
- Карамон!.. - встревоженный зов Таниса нарушил мирную
послеполуденную тишину. - Карамон, скорее сюда!
- Рейстлин! - ахнул тот и, не добавив более ни слова, кинулся из
пещеры наружу. Тика проводила его взглядом и начала приглаживать
растрепанные кудри.
Карамон тем временем ворвался в фургончик:
- Что случилось? Рейст?..
Танис угрюмо кивнул:
- Я только что его обнаружил... - И полуэльф отдернул занавески,
отгораживавшие комнатку мага.
Рейстлин лежал на деревянном полу. Лицо у него было белое, из угла
рта текла кровь. Он чуть заметно дышал. Карамон опустился рядом с ним на
колени и бережно поднял его.
- Рейстлин... - прошептал он. - Братик... Что случилось?
- Вот что, - Танис вытянул руку.
Карамон вскинул голову, и на глаза ему тотчас попалось Око Дракона.
Он увидел, что оно вновь приняло свои первоначальные размеры, памятные ему
по Сильванести. Око покоилось на вытесанной Рейстлином подставке и
переливалось яркими живыми цветами. Карамон взмок от ужаса, мгновенно
вспомнив Лорака. Лорака невменяемого, умирающего...
- Рейст!.. - простонал он, прижимая брата к груди.
Рейстлин чуть шевельнул головой. Его веки затрепетали. Потом дрогнули
губы.
- Что ты сказал? - Карамон склонился над ним. Слабое дыхание мага
холодило его кожу.
- Мои... - прошелестел Рейстлин. - Заклинания... древних... Они
мои... мои...
Его голова бессильно мотнулась, голос умолк. Но лицо излучало
спокойствие и даже умиротворение. Он ровно дышал, а тонкие губы раздвинула
победная улыбка.
4. НЕЖДАННЫЕ ГОСТИ
Проводив рыцарей, отплывших в Палантас, государь Гунтар отправился в
свой замок, надеясь поспеть домой к празднику Середины Зимы. Поездка,
занявшая несколько дней, оказалась не из легких: дороги развезло, грязь
была по колено. Конь то и дело спотыкался, и Гунтар, любивший верного коня
едва ли меньше, чем собственных сыновей, время от времени спешивался и вел
его под уздцы. Надо ли удивляться, что в замок он прибыл насквозь мокрым,
измученным и замерзшим.
Главный конюх сам принял у него скакуна.
- Пусть его хорошенько почистят, - наказывал Гунтар, не без труда
покидая седло. - Приготовь теплой овсянки и...
Конюх терпеливо кивал, выслушивая подробнейшие наставления, хотя,
правду сказать, выглядели они так,
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
