Одинокий
хрустале останутся
лохмотья кожи и мяса. Стиснув зубы, он запретил себе обращать внимание на
боль и снова прошептал колдовские слова.
Пятна и полосы цвета перестали кружиться. В центре шара стал
разгораться свет, содержавший в себе все цвета - и ни одного. Рейстлин
сглотнул, сражаясь с готовым разразиться приступом кашля.
И вот из источника света явились две руки! Рейстлину отчаянно
захотелось отдернуть свои собственные, но прежде, чем он смог хотя бы
пошевелиться, эти руки сплелись с его руками в могучем пожатии. Око же
исчезло! Исчезла и комнатка! Рейстлин ничего не видел кругом себя. Ни
света, ни тьмы - ничего! Ничего, кроме двух рук, крепко державших его.
Ужас подстегнул Рейстлина, и он сосредоточил все свое внимание на этих
руках.
Человеческие? А может, эльфийские? Старые или молодые?.. Невозможно
сказать. Пальцы были длинными, изящными, но хватка их была смертоносна. А
выпусти - и будешь плыть в пустоте, пока не сомкнется вокруг милосердная
тьма. Цепляясь за эти руки со всей силой, которую придал ему страх,
Рейстлин вдруг осознал, что они медленно тянули его куда-то, затягивали
его в... в...
И Рейстлин очнулся, как если бы ему плеснули в лицо холодной водой.
Нет! - твердо сказал он разуму, присутствие которого ощущалось в движениях
неведомых рук. Я не поддамся! Как ни страшно было разрывать спасительное
пожатие, оказаться затянутым туда было страшней. Я не отпущу тебя, но и не
поддамся, - яростно сообщил он чуждому разуму. Собрав все силы, маг рванул
руки к себе!
Все замерло. Две воли схлестнулись, сражаясь не на жизнь, а на
смерть. Рейстлин чувствовал, как уходили силы из его тела, как слабели его
руки, как на ладонях выступил пот. Руки Ока вновь начали потихоньку
притягивать его к себе. Нет!.. Рейстлин собрал воедино все свои духовные
силы и до предела напряг каждый мускул хилого тела. Он не поддастся!
И наконец - медленно-медленно, когда он уже думал, что бешено
колотящееся сердце вот-вот выпрыгнет из груди либо взорвется объятый
пламенем мозг, - Рейстлин почувствовал, что те, чужие руки перестали его
куда-то тащить. Они все еще держали его - как и он их - мертвой хваткой.
Но они более не состязались друг с другом. В их пожатии было уважение, а
не борьба.
Восторг победы и ощущение магической силы окутали Рейстлина теплым
золотым светом. Наконец-то он смог расслабиться. Дрожа всем телом, он
ощутил, что руки Ока поддерживали его, вливали в него новые силы.
"Что ты такое? - молча спросил он. - Ты доброе? Или злое?"
"Я ни то ни другое, - пришел неслышный ответ. - Я все и ничто. Я
сущность драконов, плененная много столетий назад..."
"Как же ты действуешь? - спросил Рейстл
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
