Одинокий
ожет, как раз ничего и не будет, - сказал Танис, внимательно
приглядевшись к толпе. - Посмотри на них!
А посмотреть было на что. Женщины склонили головы на плечи мужьям;
притихшие дети, и те смотрели только на жрицу. Что же до драконидов, их,
казалось, сковывали некие чары: так иногда музыка завораживает кровожадных
зверей. И только гоблины, скучая, шаркали ножищами. Но и они, до смерти
боясь драконидов, протестовать не решались.
Золотая Луна пела о древних Богах. И о том, как Боги наслали на Кринн
Катаклизм, наказывая Короля-Жреца Истара, да и весь народ, за гордыню. Она
пела об ужасе той ночи и еще многих, последовавших за первой. Она
напоминала слушателям о том, как, почувствовав себя покинутыми, народы
обратились к ложным Богам. Завершалась же песня вестью надежды: истинные
Боги вовсе не отвернулись от Кринна, они лишь ждали, чтобы хоть кто-нибудь
услышал их голос...
Вот умолкла Золотая Луна, стих жалобный плач флейты, и большинство
слушателей встряхнулось, словно пробуждаясь от недолгого, но невыразимо
прекрасного сна. Когда впоследствии их расспрашивали об услышанной песне,
мало кто мог толком ответить.
Дракониды как ни в чем не бывало заказывали пива; гоблины громко
требовали, чтобы вышла Тика и сплясала по новой. Но Танис замечал там и
сям лица, на которых еще лежал отсвет только что услышанной песни.
Полуэльф не особенно удивился, когда к Золотой Луне робко подошла молодая
темнокожая женщина.
- Прости за назойливость, госпожа, - достиг ушей Таниса ее голос. -
Твоя песня растревожила мою душу Я... я хотела бы побольше узнать о
древних Богах... об их учении...
Золотая Луна улыбнулась ей и ответила:
- Приходи ко мне завтра. Я научу тебя всему, что знаю сама.
Так мало-помалу начала распространяться по свету благая весть истины.
К тому времени, когда спутники покинули Порт-Балифор, медальоны Мишакаль,
Богини-Целительницы, вослед Золотой Луне стала носить та молодая женщина,
юноша с тихим голосом и еще несколько человек. В глубокой тайне разошлись
они из Порт-Балифора в разные стороны, возжигая во тьме светочи надежды...
К концу месяца друзья разбогатели настолько, что смогли позволить
себе купить фургон с упряжкой лошадей, припасы в дорогу и верховых коней.
Оставшиеся деньги были отложены на оплату проезда до Санкриста на корабле.
Предполагалось также пополнить казну по дороге, выступая в сельских
поселениях между Порт-Балифором и Устричным.
Алый Маг покидал Порт-Балифор перед самым праздником Середины Зимы, и
провожать его явился чуть не весь город. Добротный фургончик вместил не
только костюмы, съестные припасы на два месяца и бочонок эля, подаренный
Уильямом, - в нем нашлось место еще и для Рейстлина, с
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
