Ледяной сфинкс.
маскировка
одурачила, но я-то видела их насквозь, возможно потому, что смотрела со
стороны.
- В самом деле, - выдохнул Чолли. - И что же делали эти лже-вольмаки?
- Ничего особенного. Притязали на даровую закуску и место в тени на
несколько часов, что вольмаки предоставляли с большим удовольствием - этот
старый добрый первобытный обычай гостеприимства...
- Члены того же племени, несомненно, - выдохнул Чолли.
- О, разумеется, будь они из другого племени, тут был бы совсем иной
коленкор! Но поскольку они были одной масти, если вы улавливаете мой
намек, то перед ними расстилали зеленый ковер...
- Под зеленым ковром подразумевается трава? - спросил Род.
- Конечно, - бросила на него раздраженный взгляд Шорнуа. - И так вот
гости просто усаживались, набивали брюхо и принимались обсуждать судьбы
мира.
- Несколько часов, грите?
- Два-три. А потом двигались дальше. Но после, я слышала как иной
вольмак высказывался против генерала Шаклара и против нас, колонистов.
- Не совсем-то, что я назвал бы положительным симптомом, - заметил
Йорик.
- Поистине, нет, - выдохнула Гвен.
- На что же они жаловались? - спросил Чолли. - Вольмаки с самого
начала приветствовали Шаклара как глас разума. Жалобы на него поступали
только со стороны Земли, а она скандалила лишь потому, что наш добрый
губернатор - генерал не нуждался в ней!
- С женщинами всегда так, - вздохнул Йорик, и Шорнуа наградила его
колючим взглядом.
- Конечно, в последнее время она не жаловалась, - заметил Чолли. -
Как она может, когда сама порвала с нами?
Йорик начал было отвечать, но Шорнуа отрезала:
- Никак не может.
Род пожал плечами.
- Ладно, значит за Стеной бродит несколько ворчунов. Зачем
беспокоиться из-за этого. Всегда находиться пара-тройка недовольных.
Но Йорик теперь тоже засомневался, а Чолли покачал головой:
- Недовольные сидят себе в родных деревнях, миз Шорнуа видела
нескольких шатающихся повсюду.
Шорнуа кивнула.
- И все из разных племен, к тому же.
- Тут пахнет организацией.
- Плюс массой раскраски, - добавил Род. - Возможно, это одни и те же
агенты, только каждый раз меняющие свои цвета.
- Вполне вероятно, - Чолли покачал головой. - Надо будет уведомить об
этом генерала.
- Если это необходимо, - Шорнуа сделалась вдруг напряженной, как туго
натянутая струна. - Только не говорите ему, кто заметил, идет?
- Не волнуйтесь, - заверил ее Чолли. - Я лишь ссылаюсь на "мои
источники", а он никогда не задает вопросов.
- Конечно, - успокоилась Шорнуа. - Все эти торговцы. Какая разница,
который из них принес новость?
- Для него - никакой, - Чолли нахму
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
