Два года каникул.
>шотландки, сотканный из оранжевых, пурпурных, шартрезных и красных
волокон. Рода так и перекосило.
Сидевший за столом человек казался здесь совершенно неуместным. Он
был в полном обмундировании и трудился над документами, но выглядел
удивительно молодым для главного начальника, ему никак не могло быть
больше сорока. Долговязый, худой шатен, когда он поднял голову, на его
спокойном лукавом лице обнаружилась мягкая улыбка. Однако в нем ощущалась
некая неясная утонченность, из-за которой он казался несочетающимся с этой
грубой обстановкой.
"Он - лорд", - подумала Гвен.
Вполне возможно, что она права, сообразил Род. Может быть младший сын
младшего сына?
- Губернатор-генерал Шаклар, - уведомил их лейтенант.
Ну. Это объясняло вывернутый наизнанку титул.
Генерал улыбнувшись поднялся с приветливой улыбкой и, выйдя из-за
стола направился к ним. Лейтенант вытянулся по стойке смирно и отдал
честь. Генерал отдал честь в ответ и остановился перед туземцем, скрестив
руки и кланяясь:
- Да будет ваш день солнечным, вожатый.
- И ваш, - ухмыльнулся туземец. - Кофе?
- Конечно! Лейтенант, не окажите ли вы любезность подать нам кофе? -
Но когда молодой офицер повернулся выполнять указание, генерал остановил
его, подняв кверху ладонь. - Минутку - а представить нас?
- Разумеется, сэр. - Лейтенант снова повернулся к ним. - Мастер Род
Гэллоуглас и его супруга, Гвендайлон.
- Очарован, - генерал пожал Гвен руку и поклонился. Та улыбнулась,
довольная обхождением.
Лейтенант отошел к кофейнику.
- Что-то не припоминаю вашего прибытия. - Генерал остро посмотрел на
Рода.
Роду представлялось, что этот человек знал всех до одного прибывших
на планету - особенно раз он был, ну по существу, в основном, начальником
тюрьмы. Тюрьмы величиной с планету. А Род и Гвен были не совсем чтобы
неприметными.
- Мы, э, очутились на мели, генерал. Приземлились посреди прерий. Без
всяких средств вернуться домой.
- Я что-то не помню никаких сообщений о сигналах бедствия, -
нахмурился Шаклар.
- Мы не могли передать его, покамест Род по-настоящему ничего не
соврал. Он надеялся, что так будет и впредь.
Так и оказалось. Шаклар снова остро поглядел на него, он определенно
сознавал прорехи в таком объяснении, но не собирался давить на них.
- Сочувствую вам. И как раз сегодня утром, не так ли?
- Вскоре после рассвета, - объяснила Гвен. - Мы едва пришли в себя
как те...
Она заколебалась, и Шаклар подсказал, - вольмаки. Именно так они и
называют себя сами. Их предки были романтиками контркультуры, бежавшими с
Земли пожить жизнью Благородного Дикаря. И изобрели собственную версию
абориген
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
