Два года каникул.
сквозь бороду, и не пошел с ней танцевать.
Но где же Рейстлин? Он очень мало ел на пиру, больше попивал свою
травяную настойку. Танису показалось, что маг был более обычного бледен и
тих. Танис решил поискать его. Общество циничного и угрюмого мага сегодня
влекло его более музыки и смеха.
И Танис побрел под лунами в темноте, каким-то образом зная, что идет
в правильном направлении. И точно: вскоре он увидел Рейстлина, сидевшего
на пне старого дерева, чьи почерневшие, раздробленные молнией останки еще
валялись вокруг. Маг не сказал ни слова, и полуэльф сел рядом с ним.
Он не заметил, как позади него между деревьями шевельнулась и замерла
небольшая тень. Наконец-то Тас услышит, о чем эти двое беседуют наедине!
Странные глаза мага были устремлены туда, где сквозь узкое ущелье меж
двух высоких гор можно было рассмотреть горизонты южных земель. Ветер все
еще дул с той стороны, но начинал уже менять направление. Постепенно
холодало. Хилое тело мага сотрясалось в ознобе. Глядя на него при луне,
Танис был поражен тем, как похож он был на Китиару. Ощущение их схожести
возникло мгновенно и почти сразу пропало, добавив Танису тревоги и
беспокойства. Он принялся подбрасывать на ладони кусок древесной коры...
- Что ты видишь там, на юге? - спросил он Рейстлина.
Маг покосился на Него.
- Что вообще способны видеть мой глаза, Полуэльф! - прошептал он с
горечью. - Только смерть, горе и разрушения. Я вижу войну... - И он указал
вверх: - Созвездия еще не вернулись. Владычица Тьмы не побеждена...
- Может, мы и не выиграли войну, - начал Танис, - но определенно
победили в крупном сражении...
Рейстлин закашлялся и скорбно покачал головой.
- Неужели ты совсем не видишь надежды?
- Надежда - это отрицание реальности, - ответил маг. - Это морковка,
которую подвешивают перед носом битюга, чтобы он шел и шел вперед, пытаясь
до нее дотянуться...
Танис раздраженно отшвырнул кусок коры прочь:
- Ты хочешь сказать, что мы должны попросту сдаться?
- Я хочу сказать, что пора выбросить морковку и идти вперед с
открытыми глазами, - ответил Рейстлин. Снова закашлялся и поплотнее
закутался в свои одеяния. - Как, например, ты собираешься драться с
драконами, Танис? Их ведь больше, чем ты в состоянии даже вообразить. А
где у нас Хума? Где Копье? Нет, Полуэльф. Не говори мне о надежде.
Танис не ответил. Замолчал и маг. Оба сидели неподвижно: один
по-прежнему смотрел на юг, другой - вверх, в мерцающую звездную бездну.
Тассельхоф опустился в мягкую траву под соснами.
- Значит, надежды нет? - прошептал он горестно. Он был не рад, что
решил проследить за полуэльфом. - Не верю! - сказал он и снова посмотрел
на Таниса, поднявше
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
