Жангада.
рашны. Два ряда колонн, по семь в каждом, тянулись вдоль
стен; иные валялись разбитыми. Часть стены была обрушена - свидетельство
безумных сил Катаклизма. А в заднем конце зала виднелись двойные бронзовые
двери.
Следом за Рейстлином с мечами наголо вошли остальные. Внезапно
Карамон, шедший впереди всех, испустил придушенный вскрик. Рейстлин без
промедления посветил туда, куда указывал трясущейся рукой его брат.
Перед ними был массивный трон, искусно изваянный из гранита. По
сторонам стояли две мраморные статуи, пустыми глазами глядевшие в темноту.
И трон, который они охраняли, не был пуст. На нем восседал скелет, некогда
принадлежавший мужчине, - но из какой расы происходил тот мужчина, сказать
теперь было невозможно, ибо смерть стирает различия. На сидевшем были
царственные облачения, роскоши которых не мог скрыть даже изъевший их
тлен. Бесплотные плечи покрывал плащ. На голом черепе сверкала корона.
Костлявые руки величаво покоились на ножнах меча.
Гилтанас упал на колени.
- Кит-Канан, - прошептал он. - Мы стоим в Зале Древних - в его
усыпальнице... Ничей взгляд не касался его останков с тех самых пор, как
эльфийское священство сгинуло в Катаклизме!
Долгое время Танис молча смотрел на трон, и неведомые, непонятные
чувства переполняли его душу. Потом полуэльф медленно преклонил колени.
- Феалан талое. Им муркванети, Сэй Кит-Канапос Муртари Ларион... -
благоговейно обратился он к величайшему из эльфийских королей.
- Какой замечательный меч! - нарушил молитвенную тишину пронзительный
голосок Тассельхофа. Танис свирепо посмотрел на него. - Да не собираюсь я
его трогать! - возмутился обиженный кендер. - Уж и слова сказать нельзя.
Интересно же!
Танис поднялся.
- Не смей прикасаться, - сурово сказал он кендеру. И стал осматривать
зал.
Тас все-таки нагнулся рассмотреть меч поближе, и к нему подошел
Рейстлин.
- Тзаран корилат ит хакон... - пробормотал он. Худая рука начертила в
воздухе замысловатый знак, и меч окутался едва заметным алым сиянием. -
Так и есть, - улыбнулся Рейстлин. - Заколдовано.
- Доброе колдовство? - спросил Тас деловито. - Или дурное?
- Откуда мне знать? - прошептал маг. - Но коли уж он столько лет
пролежал непотревоженным... лично я ни за что бы не стал прикасаться к
нему!
И отошел, оставив Таса в мучительном размышлении: стоило ли
ослушаться Таниса, рискуя к тому же превратиться во что-нибудь
непотребное...
Пока кендер боролся с искушением, остальные исследовали стены - нет
ли где-нибудь тайного хода. Флинт помогал как мог, красочно описывая
гномские методы устройства скрытых дверей. Гилтанас подошел к бронзовым
дверям. Одна из них бы
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
