Жангада.
r> - Сюда, Стурм!.. Скорее!..
Рыцарь помедлил в нерешительности... Но не выполнить прямого приказа
человека, которого он как-никак считал своим командиром, Стурм не мог. Зло
посмотрев на Рейстлина, рыцарь крутанулся на каблуке и скрылся в тоннеле.
- Вообще-то я мало что могу противопоставить алому дракону... -
прошептал Рейстлин.
- Можешь ты хотя бы выиграть время? - спросил Танис.
Рейстлин улыбнулся улыбкой человека, знающего: смерть настолько
близка, что ее уже не стоит бояться.
- Могу, - прошептал он. - Встань у входа в тоннель. Когда я заговорю
- беги!
Танис начал пятиться, по-прежнему угрожая мечом... Но и драконица уже
миновала черту, за которой более нет места страху. Она знала только одно:
ее детей похитили, и того, кто это сделал, необходимо было убить. И она
бросилась на воина с мечом, убегавшего в тоннель. И тут ее окутала тьма -
тьма настолько непроницаемая, что Матафлер на миг содрогнулась от ужаса:
не ослеп ли ее второй глаз? Но ухо ее уловило произнесенные шепотом
магические слова, и она поняла, что человек в длинном одеянии попросту
наложил заклятие тьмы.
- Сожгу!.. - взвыла она, чуя в коридоре ненавистную сталь. - Не
уйдете!.. - И она набрала в грудь воздуха. Однако из тоннеля доносились и
другие голоса. Детские голоса. Голоса ее детей. - Нет, - заметалась она. -
Там мои маленькие. Не могу...
И в отчаянии поникла головой на холодный каменный пол.
Танис и Рейстлин во всю прыть удирали по коридору. Полуэльф почти
тащил на себе ослабевшего мага, а за их спиной раздавался горестный стон:
- Только не детей... Ну пожалуйста, бейтесь со мной! Не трогайте
малышей...
Выскочив из тоннеля в комнату для игр, Танис заморгал от яркого
света: Карамон уже распахнул двери навстречу восходящему солнцу. Дети
выбежали во двор. Танис сразу увидел Лорану и Тику: они взволнованно
озирались, стоя с мечами наголо. У дальней стены комнаты рассылался прахом
труп драконида; секира Флинта торчала у него в спине.
- Все наружу! - приказал полуэльф. Флинт забрал освобожденный топор,
и они с Танисом последними вышли под открытое небо. В это время послышался
ужасающий рев дракона - дракона, мало чем напоминавшего обиженную судьбой
Матафлер. Это Пирос обнаружил шпионов. Каменные стены задрожали - чудовище
вылетело из логова.
- Уголь!.. - бессильно выругался Танис. - Так, значит, он все-таки
здесь!
Гном покачал головой.
- Спорю на свою бороду, - буркнул он угрюмо, - что дело не обошлось
без Тассельхофа!
...Увлекаемая собственным весом, разорванная цепь стремительно
неслась вниз, и вместе с ней падали три крохотные фигурки.
Тассельхоф, все еще цеплявшийся - хоть это и было уже лиш
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
