Жангада.
ос.
Обернувшись, они увидели Маритту, стоявшую на коленях подле какого-то
человека. Он лежал на грубой подстилке в углу пещеры и был до того
изможден голодом и болезнью, что возраст его определению не поддавался. Он
пытался приподняться, протягивая Танису и Лоране худую руку, обтянутую
бледной кожей. Дыхание хрипело и клокотало в груди.
- Успокойся, тебе нельзя говорить... - хлопотала Маритта, но он лишь
отмахнулся:
- Отстань, женщина! Я и так знаю, что мне недолго осталось. Неужели я
при этом должен умирать еще и со скуки? Лучше попроси варварскую женщину
ко мне подойти...
Танис выразительно посмотрел на Маритту. Она поднялась с колен и
отозвала его в сторону.
- Это Элистан, - сказала она, точно о ком-то очень известном. Но
Танису его имя ровным счетом ничего не говорило, и Маритта пояснила: - Он
из гаванских Высоких Искателей. Люди очень любили и уважали его, и он был
единственным, кто высказывался против Повелителя Верминаарда. Беда только,
его не послушали. Не захотели услышать...
- Ты говоришь "был", - заметил Танис. - Но ведь он еще жив.
- Вот именно - еще. - Маритта смахнула слезу. - Я знаю эту ужасную,
изнурительную болезнь... Мой батюшка, царствие ему небесное, от ней помер.
Заводится что-то в человеке и ест его заживо. Бедный Элистан, намедни он
мало не рехнулся от боли, но теперь уже и боль прекратилась - значит,
совсем скоро...
- Совершенно необязательно, - улыбнулся Танис. - Золотая Луна -
жрица. Она его исцелит.
- Ох, не знаю даже, что делать, - озабоченно протянула Маритта. - Ой
ли? А вдруг не получится? Стоит ли зря обнадеживать Элистана? Пусть бы уж
отошел с миром...
- Золотая Луна! - обратился Танис к Дочери Вождя. - Вон тот человек
хочет поговорить с тобой.
И, не обращая внимания на Маритту, полуэльф подвел Золотую Луну к
Элистану. При виде его жалкого состояния ее лицо, ожесточенное бесплодным
спором и разочарованием, немедля смягчилось.
Элистан смотрел на нее снизу вверх.
- Значит, ты утверждаешь, что твоими устами древние Боги подают нам
благую весть... - Голос его был едва слышен, но тем не менее говорил он
сурово и строго. - Но если это мы, люди, отвернулись от Богов, а не
наоборот, как мы всегда полагали, - почему они ждали так долго, прежде чем
заявить о себе?
Золотая Луна опустилась на пол подле него, не торопясь отвечать и
стараясь продумать каждое слово.
- Представь себе, - сказала она наконец, - что ты идешь через лес,
неся с собой самое драгоценное из принадлежащего тебе - прекрасный
редкостный самоцвет. И вдруг на тебя набрасывается свирепый зверь. Выронив
камень, ты спасаешься бегством. Потом обнаруживаешь, что потерял самоцвет,
но никак
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
