Жангада.
ваться.
"Кажется, и в самом деле начинает взрослеть", - подумал Танис. Он ни
за что не желал сознаться даже себе самому, что душа его замирала, стоило
только взглянуть в ее огромные лучащиеся глаза...
День миновал быстро; подошел вечер, и женщинам настало время нести
еду в рудники. Спутники забыли обо всяком веселье, напряженно ожидая
появления стражей. Судьба все-таки подставила им еще одну подножку:
Рейстлин, доведенный кашлем до полного изнеможения, заявил, что слишком
ослаб и не сможет с ними идти. Брат хотел было остаться с ним, но Рейстлин
велел ему не сходить с ума.
- Сегодня я вам не пригожусь, - прошептал маг. - Оставьте меня в
покое. Дайте поспать.
- Не хотелось бы покидать его здесь, - начал Гилтанас, но тут за
дверью послышался топот когтистых лап и перестук горшков. Дверь
отворилась; в комнату вступило двое стражников-драконидов. От обоих разило
прокисшим вином. Один из них, слегка покачиваясь, мутными глазами обвел
женщин и сипло сказал:
- Шевелитесь!..
Выйдя гуськом в коридор, переодетые друзья увидели там шестерых
овражных гномов, тащивших огромные горшки с неведомым варевом. Голодный
Карамон принюхался и с отвращением сморщил нос. Дракониды захлопнули
решетчатую дверь. Карамон в последний раз оглянулся на брата, лежавшего
под одеялами в темном углу...
- Молодчина, сынок!.. - захлопал в ладоши старый волшебник,
восторженно глядя, как отъезжает в сторону часть стены Механической
Комнаты.
- Пустяки, - с подобающей скромностью ответствовал Тас. - Право же,
разыскать потайную дверь было гораздо сложнее, чем открыть. И как только
ты умудрился? Я-то думал, что уже во все уголки заглянул...
И кендер пополз в открывающийся лаз, но неожиданная мысль заставила
его приостановиться:
- Послушай, Фисбен! Ты случайно не мог бы как-нибудь уговорить свой
огонек побыть здесь? Хотя бы до тех пор, пока мы выясним, нет ли там кого.
А то я чувствую себя такой отличной мишенью, да и Верминаардовы хоромы
совсем рядом...
- Боюсь, что нет. - Фисбен покачал головой. - Уж больно он не любит
оставаться один в темноте!
Тассельхоф только кивнул: примерно такого ответа он и ожидал. Ну что
ж, оставалось только смириться. Коли уж молоко пролито, так нечего гнать
от него кошку, - как, бывало, говаривала его мама. По счастью, в узком
коридоре, в который он выполз, не было ни души.
Огонек висел у его плеча. Кендер помог вылезти Фисбену и начал
оглядываться кругом.
Футах в сорока от них коридор выводил на лестницу - ступеньки уходили
вниз, в кромешную темноту. В другом конце коридора виднелись двойные
бронзовые двери. Других выходов не было.
- Похоже, мы се
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
