Проклятие Змея
имания на драконидов - которые тоже лишь мельком
посмотрели на них, торопясь мимо, - братья отправились дальше по коридору.
Стены справа и слева от них продолжали менять свою форму, потолок
трескался и содрогался, пол вздымался и опадал под ногами. Сзади
раздавались ужасающие крики: это узники отстаивали вновь обретенную
свободу.
- Хорошо хоть, при той двери не будет охраны, - заметил Рейстлин,
указывая вперед.
- О чем ты?.. - Карамон даже остановился, испуганно глядя на брата.
- Там ловушка, - прошептал Рейстлин. - Помнишь наш сон?
Карамон покрылся смертельной бледностью и, собрав остаток сил,
помчался по коридору вперед. Рейстлин покачал головой в черном бархатном
капюшоне и пошел следом за ним. Завернув за угол, он увидел брата стоящим
на коленях между двумя телами, распростертыми на полу.
- Тика!.. Тика!.. - стонал великан. Бережно отведя с белого,
застывшего лица девушки пропитанные кровью рыжие кудри, он пытался
нащупать у нее на шее биение пульса. Вот он нашел его и с величайшим
облегчением зажмурился... потом потянулся рукой к кендеру: - Тас! Ох, Тас,
зачем!..
Услышав знакомый голос, произносивший его имя, кендер поднял веки, но
так, словно они были слишком тяжелы для него.
- Карамон... - прошептал он еле слышно. - Я... мне очень жаль...
- Тас!.. - могучие руки подхватили легкое, пылающее в лихорадке тело.
Обняв Тассельхофа, Карамон стал укачивать его, точно младенца: - Тихо,
Тас, не надо говорить...
Тело кендера скрутила предсмертная судорога. Карамону бросились в
глаза сумочки и кошели Тассельхофа, в беспорядке раскиданные по полу:
позабытые сокровища валялись, точно игрушки в детской, в которой не стало
ребенка. Карамон заплакал.
- Я хотел спасти ее... - содрогаясь от боли, прошептал Тас. - Я не
сумел...
- Ты спас ее, Тас, - задыхаясь от слез, выговорил Карамон. - Она
жива. Она просто ранена. Она выздоровеет, Тас...
- Правда?.. - Лихорадочно горевшие глаза кендера озарились внутренним
светом, потом начали тускнеть. - Не сердись, Карамон, но... я, похоже, не
выздоровею... Ну да ничего, ты не волнуйся... я зато Флинта скоро увижу...
он меня ждет... Хватит ему скучать там одному... и вообще... не надо было
ему туда без меня уходить...
- Что с ним? - спросил Карамон неслышно подошедшего брата. Не тратя
времени даром, Рейстлин склонился над кендером, чей шепот уже перешел в
бессвязное бормотание.
- Яд, - коротко ответил маг, глянув на золотую иголочку,
поблескивавшую в факельном свете. Протянув руку, он несильно толкнул
дверь. Щелкнул замок, и она повернулась на петлях, слегка приотворяясь.
Снаружи раздавались вопли и визг: солдатня и
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
