Проклятие Змея
тый, а они все так похожи... Гакхан кивнул своим драконидам, и
они снова взялись за дело.
Капитан взвыл от боли. Да, да!!! Он припомнил!!!.. Только там был не
один офицер, а два...
- Два? - у Гакхана загорелись глаза. - Опиши второго!
- Человек... здоровый такой... ужас какой здоровый, латы чуть не
трещали. Они вели пленников...
- Пленников? - раздвоенный язык так и заметался в зубастой пасти
Гакхана. - Опиши!
Капитан с готовностью повиновался.
- Женщина, рыжая такая, титьки как у...
- Дальше! - рявкнул Гакхан. Его когтистые лапы дрожали. Он зыркнул на
сопровождающих, и те еще разок как следует тряхнули капитана. Всхлипывая и
захлебываясь словами, одноглазый принялся описывать остальных.
- Кендер, говоришь? - повторял Гакхан. Ему не стоялось на месте от
возбуждения. - Продолжай! Как-как? Седобородый старик?.. - Он озадаченно
замолчал. Неужели старый маг? Нет, вряд ли они взяли бы старого, впавшего
в детство дурня на такое важное и невероятно опасное дело. Но если не он,
тогда кто? Какой-нибудь случайный попутчик?.. - Поподробнее о старике! -
велел Гакхан капитану.
Одноглазый лихорадочно рылся в памяти, затуманенной винными парами и
болью. Старик... ничего особенного... белая борода...
- Сутулый? - нетерпеливо подсказывал Гакхан.
Нет, не сутулый. Высокий, широкоплечий... голубоглазый... Странные
такие глаза... Капитан готов был потерять сознание. Гакхан сгреб его за
шею и хорошенько сдавил.
- Глаза!
Капитан с немым ужасом смотрел на драконида - Гакхан медленно
выдавливал из него жизнь. Потом он с трудом прохрипел несколько слов...
- Молодые глаза! Слишком молодые глаза! - в восторге повторил Гакхан.
- Где эти люди?
Выслушав ответ капитана, он с силой отшвырнул одноглазого прочь.
Раздался треск.
Вихрь набирал силу. Гакхан чувствовал, как его возносит все выше.
Одна-единственная мысль била драконьими крыльями у него в мозгу. Покинув
палаточный городок, Гакхан кинулся со своими подручными прямиком в
храмовые подземелья...
Вечный Человек! Вечный Человек! Вечный Человек!..
7. ХРАМ ВЛАДЫЧИЦЫ ТЬМЫ
- Тас!
- Отвяжись... больно...
- Знаю, Тас, но ничего не поделаешь, надо. Открой глаза, Тас!
Пожалуйста!..
Назойливый голос, полный страха, немного разогнал болезненный туман,
окутавший сознание кендера. Какая-то часть его разума буквально криком
кричала, требуя, чтобы Тас немедля очнулся. Другая же часть стремилась
соскользнуть обратно в темноту. Правду сказать, там, в темноте, было мало
хорошего, но все-таки там не было боли, которая, он знал, только и
дожидалась момента, чтобы...
- Тас! Ну Тас же!..
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
