Подземный Огонь
еред! - велел он медному. - Не трогай его, только прогони
подальше!
К его полному изумлению, медный отказался повиноваться. Покачав
головой, он заложил круг, и Танис с изумлением осознал, что дракон
собирался... садиться!
- Ты что? Свихнулся?.. - вновь выругался полуэльф. - Там же
дракониды, внизу!..
Но дракон, казалось, внезапно оглох. Осмотревшись, Танис увидел, что
и остальные трое быстро снижались. Напрасно полуэльф бранил, напрасно
умолял зверя - дракон шел вниз. Берем, сидевший позади Тики, от страха так
обхватил ее, что девушка едва могла дышать. Вечный Человек не сводил глаз
с драконидов, со всех ног мчавшихся через луг туда, где собирались
приземлиться драконы. Карамон извивался ужом, пытаясь уйти от молний,
раздиравших воздух совсем рядом с ним. Оживший Флинт знай дергал поводья,
на чем свет стоит понося непослушную "летучую ящерицу", между тем как Тас
надрывал горло, окликая Фисбена. Золотой дракон гнал медных, точно пастух
- стадо послушных овечек...
Они приземлились невдалеке от подножий Халькистовых гор. Быстро
оглянувшись назад, на равнину, Танис увидел спешивших к ним драконидов.
Попробуем вывернуться, лихорадочно соображал полуэльф. Хотя маскарад
наш, конечно, вовсе не предназначен для того, чтобы обманывать
бдительность целой оравы подозрительно настроенных драконидов. А впрочем,
попытка - не пытка. Лишь бы Берем помнил, что его дело - помалкивать и не
высовываться...
Но не успел Танис произнести хотя бы слово, как Берем скатился со
спины своего дракона и опрометью припустил в лес. Танис видел: дракониды
указывали на него пальцами, что-то крича.
Приехали, в который раз выругался полуэльф. А может, еще не все
пропало?.. Пускай это будет сбежавший пленник... Нет, понял он тут же,
ничего не получится. Дракониды попросту погонятся за Беремом и поймают
его. Если же верить тому, что рассказывала ему Китиара, словесный портрет
Берема был известен всем драконидам Кринна...
- Во имя Бездны!.. - Танис еще пытался принудить себя успокоиться и
что-нибудь срочно придумать, но тщетно: вокруг царил хаос. - Карамон! Живо
за Беремом. Флинт, ты... Тассельхоф! Сюда, кому говорю! Проклятье! Тика,
поймай его! Хотя нет, оставайся лучше тут... Ты, Флинт...
- Но Тассельхоф убежал за этим сумасшедшим старым...
- Да хоть бы земля разверзлась и поглотила их обоих! - Танис
покосился через плечо и выбранился крепче прежнего. Берем, подстегиваемый
страхом, карабкался по скалам, перепархивая через жесткие кусты с
легкостью горного козла. Карамон же, отягощенный драконидскими латами и
собственным арсеналом оружия, продвигался на фут - и тут же съезжал вниз
на два.
А дракон
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
