Подземный Огонь
ад ним.
- Флинт!! - завопил Танис.
Сердце с такой силой колотилось в груди, что глаза подернула багровая
пелена. Легкие горели огнем; дышать было нечем. И все-таки полуэльф знай
прибавлял шагу. Вот Берем обернулся к нему. Казалось, он пытался что-то
сказать: Танис видел, как шевелились его губы, но слов разобрать не мог
из-за бешеного стука в висках. Флинт лежал у ног Берема. Гном не открывал
глаз, голова его безжизненно клонилась к плечу, а лицо было
пепельно-серым...
- Что ты наделал?! - не своим голосом закричал Танис. - Ты же убил
его!..
Горе, ярость, отчаяние и чувство непоправимой вины взорвались в нем
не хуже огненных шаров старого мага, наполнив невыносимой болью все его
существо. Кровавый туман заметался перед глазами...
Он не помнил, как выхватил меч, - холодная сталь рукояти словно сама
собой оказалась в ладони. Мелькнули глаза Берема: в них не было страха,
лишь глубокая скорбь. Потом глаза округлились от боли, и тут только Танис
понял, что вгоняет меч в податливое человеческое тело.
Клинок вспорол плоть, рассек кости и проскрежетал по скале, к которой
Берем прижимался спиной...
Горячая кровь хлынула Танису на руки. Жуткий крик резанул уши. Потом
на него навалилась какая-то тяжесть, едва не сбившая его с ног...
Судорожными движениями Танис пытался выдернуть меч, чтобы рубить еще
и еще... Чьи-то сильные руки тащили его прочь, но обезумевший полуэльф
вырвался. Когда он наконец высвободил меч, тело Берема сползло наземь.
Кровь хлестала из чудовищной раны в груди, чуть-чуть ниже камня,
лучившегося зловещим сиянием...
Позади звучал чей-то гулкий бас, слышались женские всхлипывания и
пронзительные, тонкие крики, полные горя. Танис в ярости крутанулся - кто
смел помешать ему?.. Он увидел рослого мужчину с искаженным горем лицом и
заплаканную рыжеволосую девушку. Он не понимал, кто это такие. А потом
перед ним появился древний, древний старик. Лицо его было спокойно, а
глаза, неподвластные течению лет, - полны печали. Старец чуть улыбнулся
Танису и положил руку ему на плечо.
Его прикосновение было словно прохладная вода для сжигаемого
лихорадкой. Танис ощутил, как к нему постепенно возвращается разум, а
перед глазами рассеивается багровая пелена. Он выронил окровавленный меч
и, рыдая, скорчился у ног Фисбена. Старец нагнулся и ласково погладил его
по голове.
- Соберись с силами, Танис, - сказал он тихо. - Ты должен попрощаться
с другом, ибо ему предстоит долгий путь.
- Флинт!.. - выдохнул Танис.
Фисбен скорбно кивнул, мельком глянув на распростертое тело Берема:
- Пойдем... Здесь тебе все равно больше делать нечего.
Глотая слезы, Танис кое-как поднялся на ноги.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
