Подземный Огонь
азалось не
так-то просто - неожиданный прилив сил так и нес гнома вперед. Флинт
втаптывал в землю цепкие плети лиан и прорубался сквозь кусты, мчась без
остановки, словно охотничий пес по горячему следу. Вскоре спутники начали
отставать...
- Флинт!.. - то и дело окликал Танис. - Постой! Подожди нас!..
Тем не менее, еще через некоторое время они вовсе потеряли его из
виду. Другое дело, что следы Флинта были еще четче тех, что оставлял Берем
- его тяжелые башмаки так и вминались в мягкую землю. Не говоря уж о
выдранных с корнем лианах и обломанных ветках...
Кончился сумасшедший бег совсем неожиданно.
Спутники уткнулись в очередную скальную стену, только на сей раз в
ней был проход - узенькая дыра, в которую если и возможно было проникнуть,
так разве на четвереньках. Гном проскользнул легко - его следы были видны
по-прежнему отчетливо. Рослый Танис с большим сомнением взирал на
отверстие...
- Берем тут как-то пролез, - мрачно сказал Карамон, указывая на пятно
свежей крови на камне.
- Может, и пролез... - Танис, однако, не слишком был в этом уверен. -
Ну-ка, посмотри, Тас, что там хорошего на той стороне!
Еще не хватало лезть в эту крысиную нору впустую.
Тассельхоф безо всякого усилия юркнул в дыру... Вскоре с той стороны
долетел его пронзительный голосок - кендер вслух изумлялся чему-то
необыкновенному. Слов, однако, было совершенно невозможно разобрать из-за
эха, вовсю гулявшего в скалах.
И тут Фисбена осенило.
- Так вот же она!.. - ликующе вскричал старый волшебник. - Нашли!
Нашли наконец! Обитель Богов!.. Откуси я собственную голову, если она не
там, за этой стеной!
- А другого пути нет? - спросил Карамон. Узкий лаз нисколько не
вдохновлял широкоплечего богатыря.
- Дай припомнить... - задумался Фисбен.
- Танис!.. Скорее сюда!.. - внезапно очень ясно и отчетливо долетело
из-за скалы.
- Хватит с нас тупиков, - решительно сказал полуэльф. - Проберемся
как-нибудь и здесь... - И добавил про себя: - ...может быть.
Один за другим спутники на четвереньках поползли в дыру. В глубине
скалы ход и не думал расширяться; кое-где им приходилось ложиться плашмя и
по-змеиному ползти через грязь. Могучему Карамону приходилось заметно хуже
других; был момент, когда Танис начал уже подумывать, не оставить ли
великана снаружи. Тассельхоф ждал их с той стороны. Он нетерпеливо
заглядывал в лаз, окликая ползущих.
- Я что-то слышал, Танис, - повторял он то и дело. - Флинт кричал...
там, впереди. А какое тут место, Танис! Закачаешься!..
Танису, однако, некогда было ни прислушиваться, ни оглядываться
кругом, пока все его друзья благополучно не одолели тоннель. Но вот
наконец
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
